«Давай, поворачивай!»

Если компьютерного игрока подвести к лошади в упряжке, он долго будет размышлять, где же у неё джойстик, и будет неправ, потому что у неё иная система управления. Архимед сказал бы, что это почти рычаг, которым можно если не перевернуть мир, то хотя бы развернуть лошадь. Конный транспорт в наши дни — транспортная экзотика, но слова до сих пор на слуху.

«Давай, поворачивай…!» — говорим мы, не задумываясь о том, что на самом деле значит следующее слово. Оглобли — это пара жердей, надетых на ось с одного конца. Повернуть оглобли, между которыми впряжена лошадь, — дело почти невыполнимое, но Сивка-Бурка понимает «намёк» и поворачивает сама и себя, и упряжку, и телегу (или экипаж).

Этимология этого слова приводит к исходному «глоба» с ударением на последнем слоге, что значит жердь, брус, а в других славянских языках (с учётом фонетических особенностей) — сустав, свая и даже деталь ткацкого станка. Возможно, Павел Глоба так настаивает на ударении на первом слоге в своей фамилии, чтобы ассоциироваться с чем-то глобальным, а не с жердями и палками. Ответ: оглобли.